vstal.Info

В ХVШ - XIХ веках, когда церковная мораль стала не такой строгой, европейские мужчины стали оценивать потенцию по множеству книг и брошюрок, в основном, совершенно ненаучным. Запросы женщины в этих трудах не брались в расчет и потому большинство мужчин начинали свою интимную жизнь в борделях или с прислугой. Такой старт накладывал определенный отпечаток на последующую супружескую жизнь, сводя ее к чисто физическим контактам. Рассуждения политиков и экономистов о потенции извращали взгляды на нее и вредили целям поколениям мужчин. Так, например, немецкий ученый Эфферетц в начале ХХ века заявил, что мужчине на всю жизнь полагается не более, ни менее, как 5400 семяизвержений и вокруг этой непонятной цифры и неверного показателя мужской силы построил целую теорию правильного поведения мужчины: сдержанная интимная жизнь в юности приводит к более активному поведению в старости. Этот подход неверен как с физической стороны, так и с духовной. Никакое количество семяизвержений не заменит заботу о женщине, стремление удовлетворить ее, получить удовольствие совместно с ней и через ее ощущения. Пройдя тернистый путь проб и ошибок, сексуальной революции и разочарования в сексе, Запад пришел к своему пониманию интимных отношений. Произошло определенное расслоение: с одной стороны - интимная жизнь супружеской пары протекает ритмично, стереотипно, без каких-то отклонений от общепринятого образа. С другой стороны, существует целая индустрия сексуальных развлечений, проституции и порнографии. Общение между этими двумя областями общества минимальное и, в отличие от положения в нашей стране, большинству людей не навязывается мнение сексуального меньшинства. Воспитание детей и жизнь взрослых проходит в обычных рамках и лишь единицы решают собственные вопросы необычного сексуального поведения. Свобода выбора, отсутствие явного или скрытого давления положительно влияет и на потенцию: в оптимальных условиях человек проявляет себя наилучшим образом. Хотя и на Западе, и в нашей стране нередки случаи, когда редкое сексуальное поведение вдруг становится образцом для подражания, что нередко пагубно влияет на тех, кто стремится подражать этому не совсем нормальному поведению.